?

Log in

mfww01

Недавно в ЖЖ проскользнула маленькая заметка с иллюстрациями к "Войне Миров" Уэллса. Я там отметился с несколькими примерами. А еще раньше в ЖЖ подробно писали о бразильском художнике Энрике Алвиме Корреа, сделавшем в 1906 году более 130 иллюстраций для подарочного издания.
Тема, однако, неисчерпаемая как атом. Никакому учету не поддается количество самых разнообразных систем марсианских боевых треножников, которых уже понапридумывали художники и просто фанаты романа. Поэтому, никакого учёта мы вести и не будем, просто предлагаю интересующимся полюбоваться на картинки.
СмотретьСвернуть )

Ифуть!

Ифуть! На Маринкином диалекте языка трехлеток это означает желание рисовать.

м03_06_17г
Вот и пришло время, когда страшненькие дочкины каракули превратились… хм-м, ну тоже в каракули, но какие-то с подтекстом.
При желании (чего-чего, а желания у нас хоть отбавляй) можно увидеть в них какую-то концептуальность.
Читать дальше...Свернуть )

В забытой стране

Все-таки в книжках 50-ых годов есть какой-то особенный шарм. Приятно подержать в руках, о чем бы они ни были. А эта книжка, ко всему прочему, еще и о путешествии в Древний Египет. Не о банальных попаданцах, нет. О путешественниках в затерянный мир, в котором до наших дней строят пирамиды и покланяются Тоту, Анубису и Ра.
Читать дальше...Свернуть )
                Евгений Евтушенко


Зашумит ли клеверное поле,
заскрипят ли сосны на ветру,
я замру, прислушаюсь и вспомню,
что и я когда-нибудь умру.

Но на крыше возле водостока
встанет мальчик с голубем тугим,
и пойму, что умереть — жестоко
и к себе, и, главное, к другим.

Чувства жизни нет без чувства смерти.
Мы уйдем не как в песок вода,
но живые, те, что мертвых сменят,
не заменят мертвых никогда.

Кое-что я в жизни этой понял,—
значит, я недаром битым был.
Я забыл, казалось, все, что помнил,
но запомнил все, что я забыл.

Понял я, что в детстве снег пушистей,
зеленее в юности холмы,
понял я, что в жизни столько жизней,
сколько раз любили в жизни мы.

Понял я, что тайно был причастен
к стольким людям сразу всех времен.
Понял я, что человек несчастен,
потому что счастья ищет он.

В счастье есть порой такая тупость.
Счастье смотрит пусто и легко.
Горе смотрит, горестно потупясь,
потому и видит глубоко.

Счастье — словно взгляд из самолета.
Горе видит землю без прикрас.
В счастье есть предательское что-то —
горе человека не предаст.

Счастлив был и я неосторожно,
слава богу — счастье не сбылось.
Я хотел того, что невозможно.
Хорошо, что мне не удалось.

Я люблю вас, люди-человеки,
и стремленье к счастью вам прощу.
Я теперь счастливым стал навеки,
потому что счастья не ищу.

Мне бы — только клевера сладинку
на губах застывших уберечь.
Мне бы — только малую слабинку —
все-таки совсем не умереть.

Метки:



Белый клоун писал
                   белые стихи,
Он слова собирал
                   с улиц городских

До утра он бродил
                   у глухих домов
И стихов сочинил
                   несколько томов.

А стихи, он считал,
                   очень хороши,
Их с арены читал.
                   Всех лишь насмешил.

Клоун взял роковой
                   белый порошок
И в буфет цирковой
                   вечером пришёл.

Стал его добавлять
                   щедро, от души
И в портвейн, и в салат,
                   и в оладушки.

         …….
В этом цирке теперь
                   нет веселых лиц.

Сколько ж можно терпеть
                   клоунов-убийц!
002

Вы обращали внимание, что инопланетяне нынче уже не те, что раньше? Теперешние заявляются на околоземную орбиту на огромных кораблях с мегасуперфотонными приводами, высаживаются силами от полуроты и выше, не таясь особо средств ПВО и радиолокационного обнаружения, и давай нас завоёвывать. Ни тебе здрасте, ни до свидания! А вот раньше всё было по-другому. Раньше небо ночное было и темней, и звёздней, и неопознанные летающие объекты в нём были гораздо неопознанней.
Читать дальше...Свернуть )
001
Сегодня я хочу немного остановиться на одном архитектурном сооружении  Калининграда, а именно, арке лёбенихтского госпиталя. Эта арка одно из старейших сохранившихся в городе сооружений, пожалуй, единственная выполненная в веселом барокко, а не в суровом прусском модерне или неоготике. Но я больше заинтересовался несохранившимся госпиталем в историческом разрезе. Хм, как-то двусмысленно тут выглядит слово «разрез»… Ну да ладно.
Дело вот в чём. Часто можно найти в популярной литературе, что в Кёнигсберге, в госпитале Лёбенихта еще в 1635 году хирург Даниель Швабе провел уникальную по тем временам операцию: извлек из желудка крестьянина нож, который незадачливый пациент проглотил за полтора месяца до того. В кратких упоминаниях обычно нет ответа на вопрос, практиковал ли этот крестьянин факирские практики или просто был не в себе, а хирург Швабе предстает этаким не ведающим сомнений новатором: “Резать к чёртовой матери, не дожидаясь перитонитов!”
Читать дальше...Свернуть )
154186
Сыщик против профессора, знакомое противостояние, не правда ли? Причем, в рассматриваемом нами случае, это профессор не отвлеченной от бренного мира математики, а химии, самой что ни на есть прикладной – фармацевтической. Тут без советов сведущих лиц никак не обойтись, особенно, когда ваш главный подозреваемый, это совершенно новый, еще даже официально не существующий, психотропный препарат. Именно в такую ситуацию попадает инспектор МУРа Станислав Тихонов в романе братьев Вайнеров «Лекарство против страха».
Профессор там не злодей, строго говоря, но «сомнителен», по определению Аркадия Велюрова. Расчетливый карьерист, способный идти к цели по головам, не дрогнув пожертвовать судьбой лучшего друга и присвоить чужое открытие. Но это, собственно, составляет суть конфликта произведения, которое стоит прочесть целиком, по моему мнению, это вообще, один из лучших отечественных детективов, а нас больше интересует, естественно, эксперт – Ной Маркович Халецкий, другой сквозной персонаж цикла об инспекторе Тихонове.
Генерал Шарапов (тот самый, из истории про банду «Черная кошка», только уже заматеревший и при должности) поручает своему подчиненному – Тихонову, проведение проверки по факту утраты оружия и служебного удостоверения участковым Поздняковым, в ходе которой выясняется, что милиционер мог быть отравлен неизвестным психоактивным веществом. Тут-то и состоялся первый визит инспектора в криминалистическую лабораторию, куда перипетии современной жизни рано или поздно приводят всех сыщиков:
Читать дальше...Свернуть )
001

Словно олицетворяя гендерную сущность богини Фемиды, первыми экспертами-криминалистами современного типа, с фамилией, именем, отчеством и, самое главное, специальным званием полноправным участием в оперативно-следственных действиях, в нашем кино стали женщины. Конечно, не с глухой повязкой на глазах, а, напротив, обладающие острым и трезвым профессиональным взглядом. Например, лейтенант милиции Корнева, проходящая в нашем кинорасследовании по делу № 306, с ходу уверенно определяет по следу марку автомобиля и даёт, ценную розыскную информацию. И, разумеется, первая среди равных – Зинаида Яновна Кибрит, сотрудник НТО Петровки (научно-технического отдела, предтечи современных экспертно-криминалистических центров).
Читать дальше...Свернуть )
sherlok-holms-i-doktor-vatson-znakomstvo01

Как в кино, в книге передать достоверность происходящего или, по крайней мере, создать иллюзию достоверности? Интересный вопрос. Наверное, нужно вызвать какие-то ассоциации с нашим собственным опытом, показать нечто такое, что для нас будет связано с чем-то ранее слышаным или увиденным.
Вернемся-ка мы ненадолго, в качестве лирического отступления, к нашей вечной классике, к фильму о Шерлоке Холмсе и к тем самым опытам с гемоглобином. Точней к небольшому эпизоду в конце второй серии, в котором Джефферсона Хоупа подвергают процедуре регистрации в полицейском участке.
Всё выглядит старомодно, основательно и весьма наукообразно. Инспектор что-то измеряет (очевидно – лицевой угол и надбровные дуги), его помощники старательно заносят всё в журнал, а продвинутые зрители вспоминают диковинное словечко – бертильонаж, систему регистрации и идентификации преступников, предложенную тем самым Альфонсом Бертильоном, которого доктор Мортимер, ничтоже сумняшеся, числил номером первым среди европейских криминалистов.
По фильму это дело идет не первым, а вторым, но разрыв между ними все равно минимален, именно здесь Ватсон, а через него и мы, впервые знакомимся с инспектором Лестрейдом (кто, кстати, знает имя Лестрейда?) и инспектором Тобиасом Грегсоном.
к фигуре последнего, нам стоит присмотреться особоСвернуть )

Опыты с гемоглобином

00001

Экспертиза. Какой детектив сейчас обходится без неё? – спросим мы, перефразируя сентенцию из старого фильма. Немного отрезвляющей, строгой науки, среди бурных перипетий противостояния преступника и закона. Бравый оперативник, способный бегом обогнать автомобиль и в прыжке достать самолет. Вдумчивый, курящий сигарету за сигаретой (или все-таки трубку за трубкой?) следователь. С их воплощениями в книгах и на экране все более или менее ясно. Но вот с третьим участником следственно-оперативной группы, с тем, кто призван добавить эту самую научную нотку, имеются сложности. Не совсем понятно даже как его правильно называть: криминалистом, экспертом, экспертом-криминалистом? Может быть судебным врачом или, например, полицейским фотографом, а еще – земляным червяком.

Попробуем разобратьсяСвернуть )
Раньше казалось что самый странный праздник, это Старый Новый год. В далёком детстве когда услышал впервые, ушам не поверил. Придумают же такое. Но вот прошло время и в нашем календаре появилось столько странных праздников... А к прежним праздникам многие стали как-то странно относиться. Словом, на этом фоне Старый Новый год стал совсем обычным. По-крайней мере, со своей внутренней логикой и понятной историей, в отличие от некоторых.
Ну, со Старым Новым годом всех!
Феликс Кривин1
Факт моей биографии

Я храню в потрепанном конверте
Документ особого значения:
Старое «Свидетельство о смерти»
С выцветшей поправкой: «о рождении».

Видимо, рождений был избыток
Там, где эти справки выдавались.
На рожденье кончились лимиты,
А на смерть лимиты оставались.

Очень трудный случай оказался,
Тут бы мне расстаться с белым светом.
Хорошо, что бог работал в загсе,
Хорошо, что был он человеком.

Смерть идет на всякие уловки,
И не раз мне опыт пригодился,
Что в такой опасной обстановке
Я тогда не умер, а родился.

Очередная малопонятная ирония судьбы. В то время пока я готовил для своего ЖЖ материал по Семену Ботвиннику, скончался другой поэт, который должен был бы попасть в следующий материал. Новостные ленты в сетях, и без того перегруженные печальными и трагическими известиями, ничего не подсказали мне об этом. Только после того, когда для сбора материала  я набрал запрос в поисковик, тогда и прочёл что 24 декабря 2016 года в Израиле скончался невесёлый острослов Феликс Кривин.
Читать дальше...Свернуть )

Метки:

Ботвинник_Семен****
Юность шла по земле –
торопилась,
Ела в поле, спала под сосной,
Ныне было – а завтра забылось.
Только ветер свистел за спиной.

Сколько брошено было в дороге!
Всё смешалось: сады, города…
Подводить не спешила итоги,
Утекали года, как вода.

Старость
в путь отправляется редко.
Ей не спится: рассвет стережёт…
Долго смотрит на каждую ветку,
Каждый листик в душе бережёт

Автор этих стихов, Ботвинник Семён Вульфович – ленинградский поэт, заставший на своем веку всю чреду переименований, родившийся в Петрограде в 1922 г, а скончавшийся в 2004 году в Санкт-Петербурге. Судьба его города тесно переплелась с собственной судьбой. В первые месяцы Великой Отечественной войны Ботвинник участвовал в обороне Ленинграда в составе бригады курсантов Военно-морской медицинской академии, позже работал в госпитале, ассистируя при операциях. Служил военным врачом на Северном и Балтийском флотах. После окончания войны и демобилизации в 1947 тоже жил в Ленинграде, работал врачом станции переливания крови, даже защитил кандидатскую диссертацию по медицине.
Читать дальше...Свернуть )

Дурость

Мерзость01













Я снова попался на эту удочку! Если ты собрался читать про йети, то ты будешь читать про альпинистов. Про разряженный воздух и кислородное голодание на высоте 8000 м, про выбор места для базового лагеря, про руки друга и вбитый крюк, вот про это всё. Так и вышло с новой книжкой Дэна Симмонса «Мерзость» («Abominable» в оригинале, что как бы намекает на Abominable Snowmans, отвратительных снежных людей).
Симмонс для меня, прежде всего автор «Гипериона», практически эталона космической оперы и звездного балета.  А в последнее время, всё больше о суровых покорителях полюсов и горних вершин пишет, оказывается. Вон в сети хвалят роман «Террор»: экономно, выразительно, просто, но вместе с тем – идейный масштаб! А «Мерзость» больше  ругают. Какая-то она, говорят, получилась не очень. Мерзкая, одним словом. Но там же вроде как фигурируют йети. Как же не прочитать? Прочитал. Ага, фигурируют. От слова «фиг».
Читать дальше...Свернуть )

Latest Month

Июнь 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Profile

seamonk
teplenkij
teplenkij

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel